Бумеранг не вернется №3: От заката до укуса

Сначала всё это мне жутко не понравилось. Я выдержал небольшую суточную паузу — понравилось гораздо больше. Я сделал вывод: эта проза зависит от состояния читающего более, чем любая другая. Хотя с виду не скажешь. Поскольку обыкновенная такая, обильная, но черствоватая, как застоявшийся в холодильнике салат «Оливье», проза. Добротная и французская. Хотя автор — известнейший европейский бестселлерист, по имени и по происхождению итальянец, выросший во Франции. Сын своих родителей, изучавший в университетах искусство кино, работавший даже вагонным кондуктором, разносчиком пиццы и мало ли кем еще. Тонино Бенаквиста оценен на родине и как детективщик, и как автор авантюрных шедевров. Многостаночность его дарования позволила писателю снискать заслуженный успех — наверное, полагается говорить так. Но у нас не бенефис творчества и не дни Италии во Французском посольстве. Посему скажу просто и прямо: Бенаквиста со всеми своими регалиями и звоном медалей чемпиона — беллетристический выдумщик, каких более, чем достаточно. И роман «Укусы рассвета» — это очень качественный и сносно дезодорированный баббл-гам. И если какой-нибудь шибко грамотный коллега по работе удивленно спросит вас — неужто вы не слышали или все еще не читали Бенаквисту??? — просто протяните ему пластинку жвачки, а еще лучше большой и полосатый Чупа-Чупс. Будет круто.

И снова я легко от книги перейду к кино. Вот сам Бенаквиста учился кинематографу, узнал, как собираются-разбираются сценарии. Роман «Укусы рассвета» тоже был экранизирован в 2001г. абсолютно неизвестным мне режиссером Антуаном де Коном. Актеры там тоже какие-то малобюджетные, а значит — не сильно стараются (из-за фабулы, о которой ниже). Разве что посмотреть эту ленту стоит ценителям редкой красоты Аси (Азии) Ардженто — дочери своего Отца, снявшейся в этом фильме в самой болезненно-кровавой роли (о фабуле ниже). Я же о своих ощущениях от прочтения «Укусов». Мне напомнило всё это старый фильм Жан-Жака Бенекса «Дива». Как бы такой динамичный, но оперетточно-французский (в смысле не столь смешной, сколь надуманный и необязательный) триллер (не психологический). Сам Бенекс, в прошлом учившийся на психиатра, года три назад порадовал зрителей своей комедией положений «Приключения трупа» о незадачливом психоаналитике. Это уже гораздо более осознанная работа со смешной стороной саспенса, в его хичкоковском варианте. «Дива» же — красива, но в литературном смысле удручающа... Главное — не запутаться в трех, нет, двух фильмах.

В общем, отвратительно то, что «Укусы» Бенаквисты изданы по-русски только в прошлом году. Ведь написаны они в 1992. И роман не растет из той ярко-мутной эпохи, но — укоренен в ней, сидит в ней по уши. И вся эта «новая волна», а особенно французская, — например, взрослеющий, как на дрожжах, инфантильно-молодцеватый Люк Бессон и т.п. типчики — волна эта отвратительна. Я имею в виду — сегодня, по трезвому прошествию десятилетия с лишним. Дурна и музыка, и мода, и пафос той эпохи. Никого не хочу обидеть, время юности и молодости не выбираешь, просто в случае культуры лучше не смешивать глубоко личное с широко общественным... И все равно, все эти прически-заклепки, рок старых раскрашенных пердунов в диско-клубах — омерзительно.

Вот в таком антураже и явлен славный Париж «Укусов рассвета». Сначала идет приятный, реалистический социальный срез-интродукция. Мы знакомимся с героями, узнаем, как халявщикам и паразитам мегаполиса удается годами жить ночной яркой жизнью, совершенно без оплаты скучных счетов, в обход до смерти страшного фейс-контроля и т.д.. Затем настает черед детектива. Все персонажи (яркие, колоритные, кичеватые — все в духе начала 90-х) втягиваются в нарастающий ком интриги. Вырисовывается перспектива чтива о ночном сафари в Париже, охота на человека, слежка за ускользающей тенью. Вдруг, миновав пару боевиковых моментов и один странно изуродованный второстепенный труп, мы получаем на руки отголоски бессмертного, бледного и красноватого труда Брема Стокера. Вампиры! Боже мой! И где? Посреди хотя и слабенькой, но все ж таки — социальной сатиры, нескольких рассудочно раскиданных на приличном расстоянии друг от друга экзистенциальных сентенций и типично французской буржуазной вменяемости. Впрочем, далее тема порфирии снова мутирует -– в уже более подобающее русло. Любовная трагедия. И это еще не все. Но, полно. Скажу только, ради красного словца, что и политическим детективом читателю предоставят упиться.

Интересна фигура виновника всего описываемого «торжества» — старого психоаналитика. Совпадение, но Жан-Жак Бенекс не столь давно хотел снимать крупнобюджетный мегапроект о вампирах, а снял в итоге забавную ленту о непутевом психотерапевте. Здесь же, у Бенаквисты, психоаналитик полувшутку пишет труд о психосоматическом вампиризме (порфирии — добавлю от себя, ибо этого термина в книге нет, а такая болезнь действительно описана, хотя и малоизучена); и этот труд становится отправной точкой трагической истории — мы все помним, что в 90-е годы в триллерах должны были гибнуть почти все, кроме обреченных на хэппи-энд протагонистов. Еще интереснее рассматривать роман как репрезентацию скрытого психологического мотива (реализующего себя мифа) — «Отца, управляющего судьбой сына и подпитывающегося таким образом молодой энергией горячего телоса». Этот миф подробно и блестяще вскрыт, анатомирован и рассмотрен И. Манцовым в его статье. Особенно наглядна деконструкция с этих позиций шекспировского Гамлета. Что уж говорить о Тонино Бенаквисте.

Впрочем, о Тонино Бенаквисте есть еще что сказать. Он мастер захватывающего названия для своих романов. Ну например: «Машина для раздавливания маленьких девочек». Более развернуто, нежели «Норма» или «Лед». Еще можно сказать, что его издававшийся в русском пререводе роман «Сага» — о безбашенном, беспримерном телесериале и его смешных и ярких создателях-неудачниках — гораздо симпатичнее, лучше и умнее выспренных и сумбурно-навороченных «Укусов рассвета». Да и само название «Укусы рассвета» — это ничто рядом с роскошным пластом «Голубого сала».

R.I.P., дорогие 90-е!

«Работа.

...Шампанское — лучший ответ на все вопросы, а праздник — последний оплот против работы».

.....