За холмы, где паляща хлябь Дым, пепел, пламень, смерть рыгает, За Т..
С некоторых пор мосье Хамиль всегда ходил в серой джеллабе, чтобы не быть застигнутым в пиджаке, когда его призовет Господь. Он посмотрел на меня и промолчал...
Они умертвили и других Княжеских Отроков, которые не хотели спасаться бегством, но все легли на месте...
Пронин Игорь Евгеньевич Тонино Бенаквиста, "Укусы рассвета"
Жрецы пивцы Парижской ночи
Тонино Бенаквиста писатель модный, а это почетное звание предполагает умение развлекать со вкусом. Те, кто читают модное, не любят тупости, им хочется, чтобы их уважали, чтобы автор играл с читателем, чтобы книга несла в себе какие-то сюрпризы. Пусть даже и заранее ясно, что в финале, когда взойдет солнце, все тыквы опять превратятся в заурядные кареты - все равно писатель должен хотя бы имитировать попытку запутать читателя. Даже лучше, если он ее имитирует, а не задумал что-то всерьез, а то ведь так можно и до интеллектуальности докатиться, что как раз не слишком-то модно. Бенаквиста знает, где нужно остановиться, и шагает по лезвию бритвы, от Сциллы к Харибде, с непринужденной грацией. Название "Укусы рассвета" после прочтения книги можно трактовать не менее, чем десятком способов. Здесь и рассветы бывают самые разные, и укусы. Тем не менее книга, конечно же, не о рассвете, а о ночи и ее обитателях. По выражению главного героя, ночь свободна, потому что в ней нет стариков и детей. Думайте сами - от чего именно свободна парижская ночь. Список можно составить довольно длинный но в нем, пожалуй, не будет слова "дружба". Два друга, самые обыкновенный парижские подонки, живущие на пособие, потому что не хотят работать, купили смокинги. Приобретение этой спецодежды позволило им с вечера до утра пить шампанское, закусывая то дешевым канапе, то черной икрой, потому что презентаций, вечеринок, показов и прочих встреч случайных людей в большом городе происходит неимоверное количество. Пробраться туда - задача нелегкая, но решаемая. Так герои Бенаквисты становятся "халявщиками" (стололазами по-нашему) и примыкают, вслед за барменами, проститутками, официантами и вышибалами, к профессионалам ночи. Цвет у лица, до которого неделями не дотягиваются солнечные лучи, оставляет желать лучшего, живот болит от смеси деликатесов, подремывание у телевизора кажется несбыточной мечтой, но большой спорт требует жертв. С самого начала ясно, что Антуан и Бертран, прячущиеся от солнца ночные жители Парижа, поведением здорово напоминают вампиров. Даже форма одежды у них близкая. Вот только вампиры они не настоящие, халявные вампиры, и веревочка их безбедной жизни долго виться не может. А где она кончится - там и начнется сюжет, потому что рисуя быт стололазов Бенаквиста только разгонялся, втягивал читателя в текст. Но вот все готово, и писатель наживает кнопку "Вдруг". Вдруг случается нечто, переворачивающее привычное бытие халявщиков, а уж дальше оно просто летит под откос, переворачиваясь вместе с каждой страницей. "Меня обуял дикий смех, когда я представил себе все случившееся: хитросплетенная паутина и безобидный мотылек-халявщик, который в нее угодил, переполох среди гангстеров, тайны воровского мира, гонки преследования по всему земному шару в течении десятилетий, куча мертвецов". Действительно, смешно. Конечно, воровские тайны, десятилетние гонки и куча мертвецов остаются за кадром, Бенаквиста - не Шелдон, до комиксов не опускается, но развлекать читателя любит и умеет. Самая большая матрешка должна быть раскрашена в палп фикшн, а уж в нее можно положить что угодно. Там, внутри, истории о нищете духа, о вышибале, которому никогда никого не пришлось ударить, о любви к парижской ночи, не основанной ни на чем и, конечно же, о проданной дружбе. Французы отчего-то решили, что "Укусы рассвета" - анти-яппи-манифест. Возможно, это потому, что в книге нет ни одного яппи. Оно и понятно: яппи ночами спят, а хороших мальчиков рассвет кусать не станет. И все же не думаю, что Бенаквиста манифест сочинял, уж слишком камерный, даже нежный по отношению к главному герою получился текст. "Ночной мотылек" Антуан - живой человек, а не усредненный образ. Тем не менее успех книги отчасти объясняется именно кажущейся протестностью, отказом от ценностей "материального" мира. Кроме того, роман динамичен, иногда даже по-тарантиновски быстр, изобилует хлесткими диалогами, что способствовало его экранизации в 2001 году. Тонино Бенаквиста умеет развлекать, развлекаясь. Любит он это дело.
